Мифы и правда о прививках

Мифы и правда о прививках

Анна Левадная, неонатолог, педиатр, к.м.н.:

Начнём с самого насущного вопроса: скоро мы будем прививаться от каждого чиха или нет? На самом деле, нет. Нам нет необходимости защищаться от банальных вирусов, с которыми организм справляется самостоятельно. Мы прививаемся только от тех болезней, которые действительно протекают очень тяжело, имеют важное эпидемиологическое значение, быстро распространяются, имеют высокие показатели летальности (смертности), и против которых не разработано на сегодняшний день какое-то адекватное успешное лечение.

Чем раньше мы привьём ребёнка, тем раньше он будет защищён. И на самом деле важно защитить именно маленьких детей — потому что в силу особенностей иммунитета они тяжело переносят все инфекционные заболевания. Исходя из этого, разработан национальный календарь вакцинации. Когда мы говорим о том, необходимо ли вообще прививать детей так рано или нет, мы должны понимать: самая большая частота осложнений и самая высокая летальность — именно у детей первых 5−6 лет жизни, и именно эту группу населения нам важнее всего защитить.

Многие спрашивают: «Нужно ли нам делать прививки, не включённые в национальный календарь?». Всё дело в том, что туда включены только те вакцины, которые наше государство по законодательству обязано сделать детям бесплатно, в рамках медицинского учреждения, к которому привязан ребёнок. Есть ряд вакцин, которые не включены в национальный календарь. Но сделано это не потому, что они какие-то «не важные» или «не значимые», а только потому, что это дорого для государства, и Минздрав не выделяет нужную сумму для того, чтобы обеспечить население этими вакцинами. Простой пример: вакцинация от менингококка — это дорогая вакцина, которая, скорее всего, в ближайшие годы (а то и десятилетие) не будет включена в национальный календарь. Значит ли это, что вакцина не важная? Конечно же, нет! Защита от менингита крайне важна. Она имеет высокое эпидемиологическое значение. Особую роль это играет у детей раннего возраста. Нам очень важно защитить малышей от менингококка, потому что менингит у детей протекает молниеносно, тяжело и имеет огромные цифры по летальности.

Поликлиника, разумеется, закупает российские вакцины, как самые дешёвые и доступные. Родители могут частным образом, в частном медицинском учреждении купить импортную вакцину и ввести её ребёнку. Наиболее часто это поликомпонентная (многокомпонентная) вакцина, и это наиболее явное отличие от российской АКДС, при которой приходится делать 3 укола (коклюш, дифтерит, столбняк). Второй укол — это полиомиелит. И третий укол — это гемофильная палочка. Они включены в западные многокомпонентные вакцины. Конечно, стандартом во всём мире является введение именно многокомпонентных вакцин. Это снижает и количество уколов, и болезненность, и количество посещений врача. Уже доказано, что это не увеличивает частоту осложнений, а даже снижает её, потому что определённых компонентов в один шприц нужно добавлять меньше, чем в три шприца. И это даже имеет лучшие иммунологические показатели.

Кроме того, российская вакцина (например, АКДС) цельноклеточная. Она содержит коклюш цельноклеточный — это значит, что в нём клеточная оболочка практически не разрушена, что даёт лучший противококлюшный иммунитет, но при этом повышает и реактогенность вакцины.

Т. е.

количество каких-то реакций на вакцину будет выше у цельноклеточной, чем у бесклеточной вакцины. У бесклеточной вакцины, впрочем, есть свой минус: быстрее угасает поствакцинальный иммунитет. Поэтому здесь всегда выбор за родителем — может он финансово позволить себе это или нет? Может ли он по каким-то другим причинам выбрать российскую или западную вакцину? Решение остаётся за родителем.

Помимо этого, в национальный календарь также не включены на сегодняшний день несколько других важных вакцин. Например, вакцина от ротавируса — хотя идёт активное обсуждение того, чтобы их включить в национальный календарь. Это важно, потому что практически 98% детей до 5 лет переносят ротавирусный гастроэнтерит. Конечно же, вакцинация позволяет снизить эти показатели — и показатели смертности, и показатели госпитализации, и риски обезвоживания при ротавирусной инфекции. Особенностью этой вакцины является временное ограничение: её можно сделать строго до 32 недель (8 месяцев). По законодательству мы не можем её провести ребёнку более старшего возраста. Это капли в рот. Они делаются троекратно, начиная с 6 недель жизни. Кроме того, есть несколько вакцин (например, гемофильная палочка), которые в национальном календаре прописаны для «групп риска». Значит ли это, что они не нужны? Нет, к сожалению, это очень важная инфекция — и конечно же, мы должны защитить от гемофильной палочки наших малышей. Данная инфекция отвечает за большое количество болезней, вызванных возбудителем (гемофильной палочкой).

Кроме того, есть вакцины, которые применяются по эпид-показателям. Например, проводится вакцинация от клещевого энцефалита. Есть определённые регионы. Роспотребнадзор ежегодно обновляет список этих регионов, которые эндемичны по клещевому энцефалиту. В них имеет смысл защитить ребёнка от подобного заболевания. Также есть важная вакцина; она включена в национальный календарь — это вакцина от пневмококка. Она позволяет снизить риски от пневмококкового менингита, отитов, синуситов и пневмонии. Очень частая заболеваемость! Проблема с пневмококком осложняется тем, что много резистентных форм к антибиотикам в последние годы развивается.

Одной из самых неоднозначных вакцин, вызывающих больше всего вопросов, является вакцина от ветряной оспы. Людям кажется, что это нестрашное и лёгкое заболевание, хотя, к сожалению, 2−3 случая из тысячи протекают в крайне тяжёлой форме. А именно, в форме ветряночного энцефалита. Очень многие формы ветрянки протекают, как тяжёлые, с множественным гнойным поражением, присоединением вторичной бактериальной инфекции. Часто образуются рубцы после перенесённой ветряной оспы, когда дети не могут сдержаться и счёсывают болячки. Это имеет травмирующее значение — рубчики остаются на всю жизнь. Кроме того, после перенесённой ветряной оспы увеличивается риск развития опоясывающего лишая. Это очень неприятное состояние во взрослом возрасте. Эти риски можно снизить путём цивилизованного развития поствакцинального иммунитета. В настоящее время увеличено количество (кратность) вакцинаций до двух. Двукратная вакцинация от ветряной оспы сейчас считается максимально эффективным способом снизить эти риски.

Конечно же, родителей волнуют осложнения, побочные эффекты. Здесь нужно понимать, что очень-очень много ложных мифов и утверждений сейчас можно найти в Интернете и в умах многих граждан. К сожалению, не все могут трезво оценить полученные данные. Конечно, это запугивает. Но проблема также заключается и в нас — во врачах, которые не готовы открыто говорить о побочных эффектах, открыто обсуждать каждый эффект. Очень многие специалисты отмахиваются, говоря: «Этого не может быть! Идите!», и у людей создаётся впечатление, что их не хотят слышать, с ними не хотят разговаривать. Однако это то, о чём мы должны говорить вслух.

Побочные эффекты вакцинации существуют. Точно так же, как есть побочные эффекты у любых препаратов. Если мы откроем инструкцию к жаропонижающему лекарству, там точно так же будет приведён список побочных эффектов. Но для родителя очевидна польза жаропонижающего препарата, потому что есть проблема здесь и сейчас.

Когда мы говорим о вакцинации, здесь речь идёт о рисках, которые родитель не ощущает. Он не видит их. Это потенциальный риск, который, может быть, никогда и не возникнет. Таким образом, родитель принимает взвешенное решение. Делая выбор не в пользу вакцинации, он делает выбор в пользу неосознанных, неконтролируемых рисков. Здесь получается, что родитель вводит вакцину — и это тот контролируемый риск (контролируемый вред), который он может причинить ребёнку. Это тормозит родителей. Это пугает их.

Но мы должны понимать, что есть реальные, а есть выдуманные фантазии «антипрививочников». Эти позиции нужно разделить. Побочные эффекты от любой вакцинации чётко прописаны в инструкции. Инструкция находится в открытом доступе. В любом поисковике вы набираете название вакцины и находите инструкцию. Вы читаете, и там есть, в том числе, побочные эффекты. Есть местные реакции, есть общие реакции, а есть тяжёлые реакции, которые развиваются очень-очень редко. Ну, например, анафилактический шок. Может ли он возникнуть на введение вакцины? Может! Частота его крайне низка — один на несколько миллионов доз. Это не значит, что она не возникает; она есть.

Проблема у нас, врачей, возникает с теми страхами родителей, которые связаны с не существующими рисками. Дело в том, что вакцинация происходит многократно на первом году жизни ребёнка. Родителям очень приятно бывает найти «виноватого» и связать не существующие факторы. Вакцина может быть триггером к каким-то заболеваниям, которые генетически есть у ребёнка. Например, есть определённый синдром, который предрасполагает к развитию судорог. И часто на фоне вакцинации судороги случаются не потому, что они возникли из-за вакцинации, а потому, что у ребёнка наличествует определённый генетический дефект.

Возможно, впереди у нас много интересных открытий, связанных с генетикой, которые нам объяснят некоторую взаимосвязь ныне существующих побочных эффектов. Но на сегодняшний день не всё объяснимо. Именно этим обусловлены многие судебные иски, которые выиграны. Но мы всегда должны понимать, что события, происходящие после вакцинации, не всегда являются следствием вакцинации.

Есть хороший пример в книге американского педиатра Пола Оффита «Смертельно опасный выбор. Чем борьба с прививками грозит нам всем» (Paul Offit, «Deadly Choices: How the Anti-Vaccine Movement Threatens Us», вышла в издательстве Corpus в 2017 году). Родитель приходит на прививку, долго сидит у врача — разозлившись на очередь, не делает прививку и уходит. В эту же ночь у ребёнка развивается синдром внезапной детской смерти. Наутро отец находит ребёнка в кроватке мёртвым. Он пишет: «Конечно же, если бы прививка была сделана, однозначно я бы связал случившееся с вакцинацией».

Мы должны понимать — к любому событию врач должен относиться внимательно. Всё должно быть проанализировано. Специалист должен быть готов к этому диалогу. И только ведя такой диалог с родителем, мы сможем и успокоить, и найти правду. Не должно быть историй, как, например, «у парикмахерши моей соседки, у её племянника развилось вот это и это». Таких вещей не должно быть! Давайте конкретно каждый случай раскладывать по полочкам.

В календаре прививок также есть вакцинация от гриппа. Она разрешена, начиная с 6 месяцев. Это очень спорная вакцина, она вызывает много вопросов и споров среди родителей. Мы должны знать одну очень важную вещь: да, вирус мутирует, это общеизвестно — но вакцина каждый год обновляется и подстраивается под новый мутированный штамм вируса!

ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения) за последние 28 лет действительно несколько раз ошибалась, и вирус успевал мутировать. В этом году, в том числе, вакцина была не очень эффективна за счёт того, что вирус успел (после того, как взяли образцы) ещё измениться — до создания вакцины! Образцы берут, потом делают вакцину. За этот период вирус может ещё мутировать. Конкретно в этом эпид-сезоне была низкая эффективность в некоторых странах, например, в США. В России вакцина показала достаточно хорошие результаты. Это связано со штаммами гриппа, которые попали и были наиболее распространены среди населения.

Также существует вакцинация от вируса папилломы человека (ВПЧ). Она появилась сравнительно недавно. В тех странах, где она есть уже давно, этой проблемы не существует. Всё взрослое население, практически 90% является носителями вируса папилломы человека. Это у нас называется «вторая вакцина от рака». Первая вакцина — от гепатита В… первая вакцинация от рака сильно снижает риск развития рака печени, который развивается как раз в первую очередь у детей до 6 лет. А вирус папилломы человека защищает от рака шейки матки и серьёзно снижает заболеваемость среди привитого населения.

Есть также дополнительная вакцинация, которую может сделать родитель, когда едет куда-то отдыхать. В том числе, кстати, рекомендована ещё вакцинация от гепатита А, бешенства, «жёлтой лихорадки». Их достаточно много. Нужно смотреть регион, куда едет человек. Что касается взрослого населения, мы не должны забывать о том, что каждые 10 лет должны делать прививку от дифтерии и столбняка. Те взрослые, которые не были привиты, например, от гепатита В, гриппа, пневмококка, кори или краснухи в своё время, также от вируса папилломы человека, могут быть ревакцинированы, если найдут для себя достаточно времени, финансов и аргументов.

Кстати, есть ещё один аргумент в пользу того, что рекомендовано делать прививки в раннем возрасте. Дети хуже переносят процедуру, подрастая. Во-первых, это больший стресс в старшем возрасте. Они начинают бояться, их тяжелее удержать. Они выдёргиваются. В силу, опять же, особенностей иммунитета дети реагируют на вакцинацию сильнее. Количество побочных реакций также увеличивается с возрастом.

Ещё один вопрос, который волнует многих родителей: нужно ли сдавать анализ крови перед вакцинацией? Или анализ врачи? И вообще проходить каких-то специалистов или иммунологов? Ходить ли к иммунологу? Для начала хочу сказать: нигде в мире никто ничего не сдаёт, не ходит к специалистам. В некоторых странах вакцинацию делает медсестра даже без осмотра педиатра.

В России же в силу особенностей национальной тревожности, повышенной тревоги родителей — им гораздо спокойнее, если они придут с анализом крови. Мы должны понимать, что каждый лишний, не нужный анализ крови — это стресс для ребёнка. Как-никак, это укол и больно. Во-вторых, это лишний поход в медицинское учреждение, а значит, ещё один риск пересечения с инфекционными больными. В-третьих, если это частная лаборатория — это лишняя трата денег родителей. В-четвёртых, это отсрочит время вакцинации. Вы сдаёте, вы ждёте, вы смотрите на результаты. Если эти результаты оказываются какими-то ненормальными, мы откладываем вакцинацию, пересдаём анализы и снова ждём. Почему это не нужно? Никакое изменение анализа крови не будет для нас противопоказанием к вакцинации. Что мы можем увидеть? Например, изменение тромбоцитов. Это не будет противопоказанием! Анемия не является противопоказанием для вакцинации. Повышенный уровень эозенофилов не будет противопоказанием для вакцинации. Какие-то другие изменения — например, повышение лимфоцитов, как маркёров перенесённой ранее вирусной инфекции также не будет нас останавливать. Низкие нейтрофилы? Раньше это было противопоказанием. Нейтропения (агранулоцитоз) ранее считалась противопоказанием. Сейчас — наоборот: детей с низким уровнем нейтрофилов защищают в первую очередь, потому что они находятся в группе риска развития осложнений и присоединения бактериальных инфекций. Этих детей мы должны привить. И при уровне нейтрофилов более 300 мы должны их защитить. Меньше 300 живые вакцины нежелательно делать.

Нам достаточно сдать анализ крови один раз в какой-то большой промежуток, дабы удостовериться, что всё в порядке. Если мы вдруг увидим изменения, которые характерны для системного воспаления, а ребёнок у нас будет здоров — обязательно перед вакцинацией мы проводим осмотр ребёнка, опрашиваем родителей. Болеет ли кто-то дома, скажем? Мы видим, что ребёнок здоров и может сегодня вакцинироваться. А после этого мы, скажем, видим анализ крови, который не соответствует результатам осмотра. Врач будет вынужден отложить вакцинацию и послать родителей на пересдачу анализа. Скорее всего, это будет ошибка, потому что, как правило, анализ крови реагирует позже, чем развивается заболевание (задерживается на несколько дней). А если ребёнок нездоров клинически, то это видно врачу невооружённым глазом. В анализе мочи для нас также не должно быть никаких противопоказаний к вакцинации.

Надо вообще понимать, что в России очень много ложных медотводов от прививок. Самый яркий пример — это анемия. Это придумала не я. Вообще — всё то, что я говорю, я не придумываю. На всё есть причина. Вообще у врача не должно быть своего мнения. Врач должен ориентироваться на международные протоколы, национальные приказы, стандарты лечения. Существует утверждённый Минздравом официальный список противопоказаний к вакцинации. Да, он делится на ложные и истинные. Он также делится на временные и постоянные противопоказания. Их очень мало.

Среди истинных противопоказаний к вакцинации содержатся такие, например, как очень выраженные реакции на предыдущие вакцины (температура более 39° долго держится, не сбивается, отёк вокруг места укола более 10 сантиметров, анафилактические реакции), а также острые инфекционные и не инфекционные заболевания. Это значит, что как только инфекционное заболевание становится не острым, ребёнка можно прививать. Не нужно выжидать 2−3 недели для восстановления иммунитета. Также нет необходимости идти к иммунологу и обследовать на какие-то «скрытые» инфекции, как у нас очень любят.

Надо понимать, что такие распространённые заболевания, как атопический дерматит, не являются противопоказанием к вакцинации. Это не повод не защитить наших детей. Всё это не является поводом к тому, чтобы подвергать их такому риску! И недоношенность тоже не является противопоказанием. Многие дети, которые ко мне приходят, имеют медотвод вплоть до полугода, хотя во всех цивилизованных странах детей прививают ещё в стационаре.

Т. е.

это группа населения, находящаяся в повышенном риске развития тяжёлых инфекционных заболеваний.

Пожалуйста, относитесь здравомысляще к тем источникам информации, которые вы используете. Анализируйте их. Обращайтесь к официальным источникам — каким-то крупным, масштабным научным исследованиям, подтверждающим эффективность и безопасность тех или иных методов.

Ответственность за здоровье наших детей лежит не только на врачах, но и на родителях! Пожалуйста, берегите детей!

Самые свежие новости медицины на нашей странице в Вконтакте

Читайте также

Оставить комментарий

Вы можете использовать HTML тэги: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>